СТАТЬИ
Маскулинность в Северном язычестве: от гегемонии к инклюзии
Маскулинность – это не просто биологическая категория, это культурная конструкция, которая формируется, утверждается и передается через мифы, образы, ролевые модели. В любом обществе боги выполняют функции не не только объектов поклонения, но и символов желаемых качеств, архетипов, на которых люди хотят быть похожими. Северное язычество с его богатой мифологией и сложной системой богов предлагает целый спектр маскулинных образов — от «настоящего мужика» Тора до многоликого Локи, от мудрого и хитрого Одина до плодородного и «мирного» Фрейра.
Однако далеко не все эти боги одинаково популярны как в разные периоды истории, так и среди современных язычников. Почему одни боги становятся «лицами» современного язычества и поп-культуры, а другие имеют значительно меньше поклонников? Какую маскулинность они воплощают, и что это говорит о нашем восприятии мужественности сегодня?
В этой статье я стремлюсь рассмотреть северных богов-мужчин через призму современной гендерной теории, опираясь на концепцию нескольких типов маскулинности — гегемонной, комплицитной, оппозиционной, маргинализованной, субординаторной и инклюзивной. Мы проанализируем какие архетипы преобладают в пантеоне, почему боги-ваны остаются в тени, несмотря на свои важные функции, и может ли язычество будущего опереться на более инклюзивные и поддерживающие образы.
Типы маскулинности и Северные боги
Изображение: сгенерированное ИИ изображение
Социолог Рэйвин Коннелл предложила теорию множественных маскулинностей, согласно которой в обществе одновременно сосуществуют разные формы мужской идентичности, но одна из них занимает доминирующее положение — так называемая гегемонная маскулинность. Остальные формы маскулинности включают комплицитную, оппозиционную, маргинализованую и субординаторную. Кроме того, современные подходы говорят о возможности формирования нового типа маскулинности — инклюзивной.
Применяя эту теорию к Северному языческому пантеону, мы можем увидеть, как разные образы богов воплощают различные маскулинные архетипы:
Гегемонная маскулинность
Это та модель мужественности, которая считается «нормой», «силой», «идеалом» в патриархальном социуме. Она основана на власти, контроле, физической силе, стратегическом уме, способности к завоеванию и доминированию. Качества гегемона могут меняться в зависимости от конкретной культуры и исторического периода. И если среди людей представителей настоящей гегемонной маскулинности найти крайне сложно, потому что образ этот несколько «плакатный», то среди культурных героев и богов это как раз самые популярные персонажи.
В современной Северной Традиции мы имеем трех очень разных представителей гегемонной маскулинности, которые по случайному (нет) совпадению являются самыми популярными божествами Традиции.
Один - Всеотец, ассоциирующийся с мудростью, войной, жертвой и магией. Он добровольно приносит себя в жертву (висит на дереве, отдает глаз), чтобы получить знания. Он собирает воинов в Вальгаллу, вершит судьбы, правит Асгардом. Один воплощает гегемонную маскулинность с упором на стратегическое и магическое доминирование. Власть его всегда связана с жертвой, он жесток, но дальновиден. Один не просто воюет, он пытается направлять ход истории.
Тор – защитник Мидгарда, бог молний, бурь и образец для воинов. Он прям, предсказуем, мужественен по классическим стандартам. Воплощает телесную гегемонию -доминирование через силу, стереотипно-телесную мужественность, прямолинейность. Часто Тор представлен как «герой народа» в отличие от холодного и отстранённого Одина.
Тюр – законоговоритель, бог правосудия, принесший в жертву руку, чтобы удержать Великого Волка Фенрира. Его мужественность основана на следовании закону, даже если это требует личных потерь. Олицетворяет гегемонию через честь и порядок, следование установленным правилам, а не силу или магию.
Комплицитная маскулинность
Этот тип мужчин не находится на вершине иерархии, но выигрывает от системы гегемонии. Такие мужчины не бросают вызов доминантной модели, но и не соответствуют ей полностью, это те, кто находится на «вторых ролях», такие «помощники главного героя» и «бета-самцы», которые тем не менее извлекают выгоду из всей системы. Именно такие мужчины составляют основу любого человеческого социума, но и среди богов их можно найти.
К этому типу можно отнести всех богов «второго плана» - Хеймдаля, Форсети, Браги, Ньерда и Фрейра, и других менее известных божеств. Это боги, которые поддерживают систему, хотя и не находятся на самой ее вершине. К этому же типу будут относиться такие мифологические существа как эйнхерии – лучшие из воинов, павших в битве, которые живут в Вальхалле или воины, которых забирает Фрейя в свои чертоги Фолькванг.
Маргинализованная маскулинность
Это форма маскулинности, которая по каким-то признакам (раса, инвалидность, происхождение, статус) не может быть признана доминантной, даже если воспроизводит те же качества — силу, смелость, власть. В Греческой мифологии нам в качестве примера приходит Гефест – искусный кузнец, мастер и строитель, которого тем не менее Зевс отверг как калеку. Лишь потом за свое искусство Гефест был принят на Олимпе, но даже в этом случае ему никогда не претендовать на роль Верховного бога.
В Северной Традиции в этой роли начинает свой мифологический путь Локи, пока не переходит в следующую категорию. Маргинализированные мужчины часто оказываются интересными культурными героями, за путем которых интересно наблюдать и которые вызывают сочувствие, потому что, даже будучи достаточно хороши, они тем не менее, не могут претендовать на главенствующую роль в своем социуме – как и подавляющее большинство людей вне зависимости от пола и гендера.
Оппозиционная маскулинность
Представители оппозиционной маскулинности создают бунт против гегемонии. Оппозиционные маскулинности могут быть вызывающе независимыми, артистичными, игривыми, но также опасными и нарушающими устои. К этому типу чаще всего относятся традиционные «злодеи».
Именно в этот тип маскулинности переходит Локи, когда начинает открыто бросать вызов системе и запускает старт Рагнарёка (Опустим, что основной причиной все же является попытка Фригг сделать своего сына совершенно неуязвимым, что противоречит Вирду – понятию судьбы в Северной Мифологии. В германо-скандинавской мифологии боги, хоть и очень могущественны и могут жить практически вечно, все же являются смертными, и попытка нарушить это – это попытка нарушить устройство мироздания).
Субординаторная маскулинность
Это маскулинность, находящаяся в подчиненном положении, часто — феминизированная. В патриархальной системе она получает наименьший статус.
В Северном пантеоне почти не представлена в виде конкретных богов, однако есть отдельные эпизоды в жизни Локи (рождение Слейпнира, обращение в женщину и так далее) и Одина (переодевание в женское платье, практика сейда – традиционной «женской магии»), которые могли бы поставить их в такое положение, но это не стало закрепившейся ролью. Боги — существа, обладающие властью по определению, и подобная позиция чаще отведена смертным мужчинам или «другим» существам, кроме того, роль женщины в Древней Скандинавии и Германии все же была неизмеримо выше, чем позже в период христианизации этих земель.
На этом классификация Рэйвин Коннелл заканчивается, но другие гендерные исследовательницы предлагают следующий шаг – тип маскулинности, который будет ведущим в прекрасном инклюзивном мире будущего, если таковой когда-нибудь настанет.
На этом классификация Рэйвин Коннелл заканчивается, но другие гендерные исследовательницы предлагают следующий шаг – тип маскулинности, который будет ведущим в прекрасном инклюзивном мире будущего, если таковой когда-нибудь настанет.
Инклюзивная (союзная) маскулинность
Изображение: сгенерированное ИИ изображение
Это новая, развивающаяся модель мужественности, в которой подчеркиваются забота, эмоциональная открытость, равноправие и отказ от насилия как признака силы. Такая маскулинность не требует доказательства власти и не боится воспринимать другие модели как равные.
И здесь мы обнаруживаем, что не самые популярные боги-ваны являются как раз главными претендентами на то, чтобы перейти в эту форму маскулинности.
Это прежде всего Фрейр, особенно в современных реконструкциях, где он воспринимается как образ плодородной, мирной силы и заботливой мужественности, и Ньёрд – его отец, морской покровитель и проводник изобилия, находящийся в равных отношениях со своей супругой Скади и уважающий ее предпочтения (отдельно можно писать про брак Скади и Ньёрда, который иначе как «гостевым», нельзя назвать).
Представителем новой маскулинности также станет Локи, популярность которого в последние десятилетия бьет все исторические рекорды.
Почему гегемоны правят: популярность богов и тип маскулинности
Если взглянуть на популярность северных богов в неоязычестве и поп-культуре (фильмы, музыка, сериалы и комиксы Marvel), становится очевидным: доминируют те, кто воплощает гегемонную маскулинность. Один, Тор, Тюр — эти фигуры ассоциируются с властью, боевой доблестью, лидерством и контролем. Они привычно воспринимаются как «настоящие» боги, центральные фигуры пантеона. Более того, хотя история германских и скандинавских времен насчитывает больше 1000 лет еще до христианизации, упор в культуре делается именно на эпоху викингов – сравнительно короткую в историческом масштабе, зато очень «брутальную».
Но почему?
Гегемонная маскулинность в патриархальном обществе, коим, к сожалению, все еще остается современная цивилизация, легче распознаётся как «божественная». Гегемоны вписываются в ожидания о том, каким должен быть «настоящий бог» – воин, правитель, герой.
В массовой культуре герои Marvel сделали Тора и Одина всемирно узнаваемыми. Это усилило их популярность в языческих кругах и за их пределами. Язычество стало более «визуально ориентированным», и гегемоны получили лицо – красивое, мужественное и героическое, добавить к этому несколько сезонов очень эффектного, пусть и не исторически достоверного, сериала «Викинги» и его спиноффов, и все – образ «настоящего северного мужика» сложился.
Маргинальные фигуры вызывают интерес, но не всегда поклонение. Локи стал исключением: его популярность огромна, но он вызывает скорее интерес, чем почитание. Он – архетип анархиста, трикстера, нарушителя норм. Его любят как персонажа, и только в последние десятилетия многие Северные язычники ставят его в центр своего культа. При этом до последнего времени локианцы даже среди других Северных язычников были отщепенцами и почти изгоями. Любопытно, что это изменилось почти одновременно с принятием Declaration 127, к которой присоединились многие языческие общины, осудившие расовую, национальную, гендерную и другие виды дискриминации.
Смена парадигмы: возможен ли иной пантеон?
Современное язычество, особенно феминистское, квир-язычество и экологически ориентированные течения, начинают обращать внимание на альтернативные типы маскулинности: союзная маскулинность видится как поддерживающая, заботливая, духовная, ее творческая и эмпатичная сторона привлекают сторонников этих течений.
В этом контексте боги-ваны как Фрейр и Ньёрд могут получить новый виток популярности - не просто как альтернативы сложившемуся образу маскулинности, а как новые центральные фигуры, подходящие для общества, которое переосмысливает нормы власти, гендерных ролей и отношений.
Современное западное общество всё активнее пересматривает гендерные роли и маскулинные архетипы. В этом контексте язычество оказывается в уникальной позиции: оно способно не только отражать, но и формировать новые представления о том, каким может быть мужчина и мужское божество в XXI веке.
Например, Фрейр – солнечный, щедрый, сексуальный, и относительно мирный бог (он жертвует своим мечом ради любви и впоследствии это его и губит в Рагнарёк) способен стать идеалом союзной маскулинности. В мире, где ценятся эмпатия, телесность, устойчивость и забота, Фрейр может занять центральное место как бог мужчины, который не боится быть живым, уязвимым, открытым.
Ньёрд – бог моря, рыболовства, достатка и покоя, может быть особенно близок тем, кто ищет стабильности, экологической гармонии и уравновешенности, а его отношения с супругой Скади – образец возможности договариваться и уважать особенности и потребности партнера.
Локи – притягательный, но сложный и противоречивый, может быть фигурой трансформационной маскулинности. Он разрушает, чтобы создать новое.
Маскулинность в Северном язычестве – не статичное наследие прошлого, а живой, многогранный пласт, способный развиваться вместе с обществом. Вглядываясь в образы богов, мы видим не только архетипы силы и власти, но и альтернативные модели мужского начала: щедрые, поэтичные, чувственные, подвижные. Переосмысление этих образов не является отказом от традиций, а может стать способом сделать миф актуальным, живым и доступным для всех, кто ищет в нём отражение себя. В этом и есть будущее язычества.
02.07.2025
Авторка статьи: Маргарита Каина
Лекция
ЯЗЫЧЕСТВО: СЕВЕРНАЯ ТРАДИЦИЯ
Смотреть на канале YouTube - в описании видео прописаны тайм-коды, а также можно поставить лайк и подписаться на обновления канала.
Смотреть на альтернативной площадке.